Почему акула - злая

Сказки участников форума

Модераторы: The Warrior, mmai, Volkonskaya

Почему акула - злая

Сообщение atauey » Вс мар 04, 2012 9:52 am

САДЫ МОРСКОГО БОГА

- Знаешь, почему акула злая?
- А как плавает каракатица?
- Кит - это рыба?
- Кто такая барракуда?
- Не знаешь? Тогда усаживайся удобнее и читай эту книгу.
А живет барракуда в море-океане. Там много диковинных животных. Одни ползают. Другие и ползают, и плавают. Третьи и плавают, и летают над водой. Но есть и такие животные, которые не ползают, не плавают и не летают. Они сиднем сидят на одном и том же месте. Попробуй хоть пять минут усидеть не шелохнувшись. Не получится. А они всю жизнь так сидят. И ничего.
Там, под водой, все необычно.
Например, цветут на дне моря подводные сады. Но в них нет ни одного деревца. Не зреют там ни морские яблоки, ни какие-нибудь подводные груши. Сады есть, а фруктов нет.
А все потому, что сады эти не из деревьев. Они из... морских животных, которых называют кораллами.
- Да-да, кораллы - это животные. - Так утверждают ученые. Хотя трудно поверить, что это не камни и не растения.
Суди сам. Одни кораллы мягкие и пушистые. Раскачиваются в воде, словно кусты на ветру. Другие - твердые и круглые. Лежат на дне неподвижно, как валуны. Третьи - нежные и яркие, ну совсем как цветы. Четвертые - широкие и плоские, словно раскрытые веера. Пятые - похожи на оленьи рога, или на голые ветки деревьев. Шестые...
Ох, хватит! Все равно всех не перечислить. Все они разного цвета: желтые, белые, синие, красные и даже черные. Похожи на что угодно. Но только не на животных. Да к тому же еще не плавают и не ползают. Живут себе на одном месте. Прирастают ко дну или друг к другу. Да так крепко, что никакой волне не оторвать. Состарившись, одни умирают, я рядом живые продолжают расти.
- Если это животные, то как они питаются? Что они едят? Охотятся на рыб? Или щиплют морские водоросли? Но ведь они неподвижны!
Смешно сказать, что и как они едят. Они питаются «морским компотом». Так можно назвать теплую воду океана. Потому что в ней плавает много мелких-мелких растений и животных. Некоторые настолько крошечные, что не разглядеть. Волны, приливы и отливы носят их туда-сюда. Открой рот пошире - они и в рот попадут. Кораллам не надо гоняться за ними. Они сами плывут в рот.
Вот какие странные эти животные - кораллы. Когда в одном месте их много-много, то образуется риф. Выглядят рифы очень красиво. Как сказочные сады. Не зря их называют садами Нептуна - морского Бога.
В подводных зарослях очень много рыбок. И самые разные: желтые и синие, золотистые и черные, в полоску и в крапинку. Они стайками снуют туда-сюда или неспешно гуляют поодиночке. Здороваются с соседями, обсуждают свои повседневные дела, предупреждают друг друга об опасности.
- Как? Рыбы разговаривают?
Конечно. Только на своем рыбьем языке. Они издают звуки, которые не слышны человеческому уху. А если и слышны, то непонятны.
Сегодня хорошо известно, что морская пучина не безмолвна. Когда ученые изобрели подводные микрофоны, то удивились. Из глубины моря они услышали звуки, похожие и на удары молотка, и на кудахтанье кур, и на щебетанье птиц, и даже на автомобильные сигналы. Этот невообразимый гвалт создавали морские животные. Ещё в древние времена рыбаки слушали море. Самый опытный рыбак прижимал ухо к веслу или опускал голову в воду и прислушивался. Так по сигналам рыб он определял, куда направляются их косяки.
Но есть люди, которым сады Нептуна совсем не нравятся. Это мореплаватели. А все почему? Потому, что морским судам плавать над рифами очень опасно. Чуть-чуть зазеваешься и всё. И дно корабля прошьёт острый и твердый выступающий риф.
А для обитателей морских глубин подводные сады - раздолье. По их аллеям гуляют ракушки и крабы, черепахи и осьминоги, медузы и омары. И случаются с ними самые невероятные истории. Истории не только веселые, но и страшные.
Не веришь? Прочитай эту книгу.


ИСТОРИЯ НАОБОРОТ

В море можно встретить кого угодно: рыбу-меч, рыбу-молот, рыбу-утюг. Смешно сказать, но там плавают рыба-клоун, рыба-свистулька и рыба-барабан. Даже рыба-хирург важно разгуливает среди кораллов. А еще в море живут морские котики, морские собачки и даже морские слоны.
Почему их так назвали?
По разным причинам. Например, у одной рыбы голова похожа на тяжелый молот. У другой - нос длинный и острый, как меч. Третья своим видом напоминает тонкую и длинную свистульку. И плавает она странно: боком и вниз головой. У четвертой - плавник острый-острый, словно скальпель хирурга.
Обитатели моря всегда на что-то похожи. Или на кого-то. Поэтому у них такие земные названия.
У морского котика мордочка и усы почти совсем кошачьи. Рыба-утюг гладит дно плоским, как подошва, брюхом. У морского слона есть хобот, хотя нет толстых ног и широких ушей.
А вот рыба-солдат вовсе не похожа на человека с ружьем. Но её название не случайно. Свою территорию она охраняет зорко, как солдат на посту.
Только вот медузу назвали неправильно. Больше всего она похожа на зонтик, у которого много-много ручек. Или, например, на лампу с абажуром. Но лампой или зонтиком её не зовут. А какой-то там ме-ду-зой.
А ещё живут в океане морские коньки. Назвали их так, потому что мордочкой они уж очень похожи на сухопутных лошадок. Только вот на себе они никогда и никого не катают. Сами не прочь на ком-либо прокатиться.
Вот послушай. Гулял однажды морской петушок среди водорослей и кораллов. Гулял не спеша. Он никогда и никуда не спешит. И не заметил, как два озорных морских конька уселись у него на спине и катаются в своё удовольствие. А может они просто перепутали пестрого петушка с колыхающимся мягким кораллом?
- Что, покататься захотели? - спросил петушок, заметив наездников у себя на спине.
А те ничего не ответили. Испугались и моментально скрылись в густых зарослях морской капусты.
- Катайтесь, катайтесь! - сказал морской петушок вдогонку. - Мне не тяжело.
Ему и правда было не тяжело. Он мог бы покатать их целый десяток сразу. Потому что морские петушки значительно крупнее морских коньков.
Вот такая история случилась в море-океане. А могла бы она произойти на суше? Ни за что! Ни одна лошадь не смогла бы прокатиться на спине у петуха. Разве что наоборот: петух запросто смог бы кататься верхом на лошади. Если б захотел.


ОЧЕНЬ СТРАШНОЕ СЛОВО

Есть слова вкусные-вкусные. Скажешь такое слово, и сразу слюнки потекут. Например, «банан». А вспомнишь «ананас» и слюнки потекут ещё больше.
Есть слова мягкие, пушистые и ласковые, как например, «котёнок» или «цыпленок».
А есть и страшные. Вот одно такое слово - «барракуда». Скажи громко:
- БАР-Р-РАКУДА! - И сразу всем станет страшно. Даже тем, кто не знает, что это такое.
А барракуда - это морская щука, такая большая, длинная. Даже длиннее дивана или кровати. У неё большие острые зубы и маленькие хищные глазки. Живет она в океане и охотится на все живое, что попадается ей на пути. Чешуя у неё серебристая, отливающая синевой. Поэтому в прозрачной воде барракуда почти незаметна. А когда высматривает добычу, то замирает. Лишь её зубастая пасть с выступающей вперед нижней челюстью то открывается, то закрывается. Словно она кому-то корчит рожи. Вот какая она страшная!
Встретила как-то барракуда омара и сказала:
- Омар-морской рак, я тебя съем!
А тот ничего не ответил. Некогда. Спасаться надо. Шмыгнул омар в глубокую нору и только усы оттуда торчат. Не достать барракуде омара.
Тут мимо проплывала маленькая шустрая рыбка, тело которой было густо покрыто иголками. Повернулась к ней барракуда и говорит:
- Рыба-ёж, я тебя съем!
Рыбка испугалась, от страха раздулась во все стороны. Стала круглой-круглой, как шар. Застыла в воде, а иголки-колючки растопырились: не подходи! Не рыбка, а какой-то колючий воздушный шарик.
Попробовала барракуда укусить рыбку-шарик. Куда там! Иголки не дают. Острые, да ещё ядовитые, торчат во все стороны. Так и отплыла барракуда не солоно хлебавши.
Тем временем по дну ползла ракушка. На себе несла она свой тяжелый домик-раковину.
- Ракушка-рожок, я тебя съем!
А ракушка спряталась в свой прочный, как камень, домик и затихла. Попробуй достань её оттуда!
Увидела барракуда осьминога.
- Осьминог-головоног, я тебя съем!
Только она сказала, как тот брызнул ей прямо в глаза темными чернилами. Пока барракуда огляделась, осьминога и след простыл.
Вот так-то. Плавает в океане большая хищная рыба барракуда и всех пугает. И все спасаются от неё, кто как может.
А барракуда страшная! Бр-р-р!

КАК КРАБУ РАСХОТЕЛОСЬ РИСОВАТЬ

А вот какая история случилась с оранжевым крабом.
- Хочешь, я тебя нарисую, - сказал он однажды осьминогу.
- Хочу, - ответил тот.
- А ты позировать будешь?
- Что делать? - не понял осьминог.
- Позировать.
- Я не умею, - тихо сказал осьминог. - А это трудно?
- Совсем не трудно. Сиди спокойно и все. А я буду тебя рисовать, - объяснил краб.
- Так просто? Тогда я согласен. Сяду вот здесь.
Осьминог удобно уселся на серые камни и сказал:
- Я готов. Рисуй.
- Но ты еще не позируешь, - сказал краб-художник.
- А что же я делаю?
- Ты шевелишь ногами, не переставая, - возмущенно объяснил краб. - Так не позируют.
- А как?
- Надо затихнуть и оставить ноги в покое.
- Ладно, я совсем перестану шевелиться, - пообещал осьминог. Он замер и... исчез.
- Где ты? Куда ты ушел? - забеспокоился краб, оглядывая серые камни.
- Да здесь я, никуда не уходил, - ответил осьминог.
- Но почему же я тебя не вижу?
А осьминог объяснил:
- Я сижу на прежнем месте. Просто я перекрасился под цвет камней. Поэтому стал невидимым.
- Тогда слезай с камней, - сказал недовольно художник. - На желтом песке ты хорошо заметен. И я быстро тебя нарисую.
Осьминог послушно сошёл на песок:
- Опять не шевелиться?
- Конечно! Сиди тихо.
Осьминог опять замер. Его темно-серая окраска посветлела. Потом пожелтела, слилась с цветом песка. И осьминог снова исчез. Словно растаял.
- Не вижу! Я опять тебя не вижу! - заволновался краб и сурово скомандовал:
- Пересядь сюда. Я буду рисовать тебя на фоне зеленых водорослей.
Осьминог опять охотно послушался. Уселся на водоросли и затих. И сразу же позеленел. И опять исчез.
- Вот что, осьминог! - заявил рассерженный краб. - Где бы ты ни позировал, везде исчезаешь. Иди домой. Рисовать тебя я не хочу.
-Я не виноват, - тихо оправдывался осьминог. - Как только я перестаю шевелиться, сразу меняю окраску. Становлюсь такого же цвета, как камни, песок или водоросли, что рядом со мной.
И осьминог уныло поплелся домой. Ему стало обидно. Художник отказался его рисовать. Но ничего не поделать. Иначе позировать осьминог не умеет. Затихая, он меняет свой цвет, чтобы быть незаметным для врагов.
А оранжевый краб обратился к плывшей мимо камбале:
- Хочешь посмотреть на свой портрет?
- Хочу, - ответила плоская рыба.
- А ты умеешь позировать?
- Умею.
- Тогда садись. Я нарисую твой портрет.
Камбала замялась и сказала:
- Позировать то я умею. Но я не умею сидеть.
- Тогда как же ты хочешь позировать? - спросил краб.
- Лёжа на дне.
- Ладно, можно и лёжа, - согласился художник.
Камбала прильнула ко дну, распласталась. И стала совсем незаметной. Краб посмотрел туда, куда легла камбала и вздохнул. Ему все стало ясно.
- И ты, как осьминог, меняешь окраску? - спросил он.
- Да, обязательно, - ответила плоская рыба.
- Тогда ничего не выйдет. Я отказываюсь тебя рисовать. Ведь я тебя не вижу.
- Погоди, - засуетилась камбала, - я переплыву на другое место.
- Не надо, - сказал краб и уверенно добавил:
- Где бы ты ни позировала, везде будешь перекрашиваться и исчезать. Не так ли?
- Так, - тихо сказала камбала.
И они поплыли в разные стороны.
По пути крабу встретилась красная морская звезда. Но краб не просил её позировать. А вдруг и она станет перекрашиваться и исчезать.
Художнику расхотелось рисовать. А зря. Он не знал, что морские звезды своей яркой окраски не меняют. Они не умеют быть похожими по цвету на камни, водоросли или песок.


НЕПРАВИЛЬНАЯ РЫБА

Зеленая черепаха тихо вышла из воды. На песчаном берегу сидел оранжевый краб. Он нежился на солнце.
- Ты что здесь делаешь? - спросила черепаха.
- Думаю, - ответил краб.
- О чем?
- А вот о чем. Видишь, вдали пасется лошадь? Если бы она жила в воде, была бы огромной рыбой.
- Ну не такой уж огромной, - возразила черепаха. - Есть рыбы намного больше этой лошади.
- Я знаю. Это киты, - поспешно перебил её краб.
- Не спорю, - рассудительно сказал черепаха. - Голубой кит больше всех на свете. Но кит - не рыба.
- Почему не рыба? - удивился оранжевый краб. - Он ведь живет в воде. И хвост у него рыбий.
- Ну и что? Но киты дышат лёгкими, а рыбы жабрами. И ещё. Киты рожают китят и кормят их молоком. А рыбы мечут икру. И только потом из икринок появляются мальки. Но рыбы своих детей молоком не кормят.
- Верно, - согласился краб. А мудрая черепаха продолжала:
- Самая крупная рыба - это китовая акула. Она только похожа на кита. Но дышит жабрами.
- Жаль, я ни разу не видел больших рыб, - сокрушался оранжевый краб. - В наших краях великаны не водятся.
- Почему не водятся? А луна-рыба? Она живет недалеко, за подводной скалой.
- Да? И она больше барракуды? - заинтересовался краб.
- Трудно сказать. Барракуда длинная и узкая, а луна-рыба - наоборот, короткая и широкая.
- Как это? - не понял краб.
- А вот так. Следуй за мной и сам увидишь.
И они поспешили в воду. Только-только миновали скалу, как черепаха сказала:
- Вот, смотри, она плывет нам навстречу.
Краб посмотрел за скалу и застыл с открытым ртом. Это от удивления.
- Какая громадная рыба! - восхищенно воскликнул он. Осмотрел её и удивился ещё больше:
- Но что это с ней? У неё лишь большая голова да два длинных косых плавника. А где остальное?
- Что - «остальное»? - не поняла зеленая черепаха.
- Ну, остальное: её живот, спина, хвост. Откусили?
- Никто и не откусывал. Она такой родилась.
- Странная рыба, - продолжал удивляться краб. Ещё раз осмотрел её и сказал:
- Но без всего остального она - неправильная рыба.
Тут уже удивилась зеленая черепаха:
- Почему же неправильная?
- А потому, что ни на кого не похожа, ни на барракуду, ни на акулу. В ширину она больше, чем в длину. Луна-рыба, да и только.


КАКАЯ-ТО КАРАКАТИЦА

Расшумелись как-то морские животные. Каждый хотел рассказать, что он умеет делать.
- Я умею пятиться назад, - хвастался морской рак лангуст.
- Ну и что? - рассмеялся осьминог. - И я умею, даже лучше тебя. Могу назад, могу в сторону, боком.
И добавил:
- А ещё я умею выбрасывать чернильное облако. И делаю это тогда, когда на меня кто-нибудь нападает.
- И я так поступаю, - заявил кальмар. - В чернильном тумане врагу не видно, куда я прячусь. А ещё, чтоб спастись, я меняю свою окраску.
- Эка невидаль, - сказала рыба камбала. - Я всегда так делаю, когда отдыхаю. Сливаюсь по цвету со дном и становлюсь совсем невидимой.
- А я в темноте умею светиться, словно внутри у меня зажигается лампочка.
Это сказала маленькая рыбка, похожая на топорик. За что её рыбой-топориком и назвали.
Все наперебой хвастались своим уменьем. Только одна каракатица лежала на дне и молчала. Видимо, стеснялась, что её так назвали.
- А ты почему молчишь? - обратился к ней осьминог. - Ничего не умеешь делать?
Тут и все её заметили. Обступили со всех сторон и каждый подумал:
« - Это ж каракатица. Ну что она может? Разве что вот так, распластавшись, лежать на дне».
А каракатица тихо сказала:
- Я тоже умею.
- И что же ты умеешь? - не отставал осьминог.
- Выбрасывать чернильное облако.
- И это всё? - спросил кальмар.
- Нет, могу ещё менять свою окраску и очень быстро.
- А двигаться задом наперёд? - не утерпел усатый лангуст.
- Я всегда так плаваю, - ответила та.
- И можешь светиться в темноте? - Это уже спросила рыба-топорик.
- Конечно. Когда захочу. Это же так просто, - сказала скромная каракатица и добавила:
- И облако моё светиться, если его выпускаю ночью.
Она говорила правду. Каракатица плавает только задом наперед. Спасаясь от врагов, легко меняет окраску. Или выбрасывает защитное чернильное облако. А если захочет, ей совсем не трудно светиться в темноте.
Все с уважением посмотрели на неё. А лангуст, который всего только и мог, так это пятиться назад, с завистью подумал:
« - Это ж надо: какая-то каракатица, а умеет делать всё».


КОГДА ОСЬМИНОГУ СТЫДНО

Живет в океане смешная рыбка. Сама по себе она обыкновенная. Только назвали её смешно - барабулькой. И почему её так назвали? Никто не знает. Барабулька и всё. Правда, любопытная очень.
Однажды встретила она осьминога и спрашивает:
- Ты кто?
- Осьминог, - ответил тот.
- А почему осьминог? - опять спросила рыбка.
- Потому что у меня восемь ног. Не веришь - посчитай.
Рыбка стала считать:
- Раз, два, три... Ты не шевели ногами. А то я сбиваюсь.
- Ладно, я сам сосчитаю. Смотри: одна, две, три, - начал осьминог, тыча одной ногой поочередно в каждую. - Четыре, пять, шесть, семь.
И недоуменно замолк. Ноги кончились.
- Так у тебя семь ног? - спросила назойливая барабулька.
- Должно быть восемь, - уверенно сказал осьминог. - Это я, наверно, ошибся.
И стал считать снова:
- Одна, две, три, четыре, пять, шесть, семь.
- Опять семь?
- Нет, восемь! Просто я забыл посчитать ту ногу, которой считал, - догадался осьминог. И радостно продолжил:
- Я же помню, что с утра было восемь. А сегодня я ног не терял.
- Не терял? - удивилась барабулька. - Разве ноги можно терять?
- Можно, - ответил осьминог.
- Как это?
- Очень просто. Когда, например, зубастая барракуда схватит за ногу...
- И откусит? - ужаснулась рыбка.
- Нет, даже если не откусит. А захочет за ногу вытащить меня из укрытия. Тогда я отцепляю эту ногу, а сам скрываюсь в глубине норы.
- И тебе не больно?
- Больно, не больно - это не важно. Важно, что я остаюсь жив.
- Но тогда ты уже не осьминог, - убедительно сказала барабулька.
- Это почему же? - не согласился тот.
- Потому что тогда у тебя не восемь ног, а семь. И ты становишься семиногом.
- Но ненадолго, - возразил осьминог. - На месте потерянной вырастает новая нога.
А назойливая рыбка опять спросила:
- И она будет такой же, как все?
- Конечно. Вот, смотри, у меня одна нога совсем новая. Но ни за что не узнать - которая.
И он стал энергично сгибать и разгибать свои щупальца. Словно решил позаниматься гимнастикой.
- Да, - согласилась барабулька. - Все ноги у тебя одинаково гибкие. И ловкие, словно руки.
Подумала и добавила:
- А может это и не ноги вовсе?
- А что же? Руки? - воскликнул осьминог. - Может, по-твоему, меня осьмируком надо звать?
- Может быть, - спокойно заявила рыбка.
Осьминог побагровел от возмущения. Стать семиногом куда ни шло. Но быть осьмируком? Это ему совсем не понравилось. Он сердито спросил:
- А тебя-то как зовут?
- Барабулькой, - ответила та.
- Как-как? - переспросил осьминог. - Бара-буль-булькой?
- Да.
- Ха-ха-ха-ха! - рассмеялся осьминог. Это ж надо, какое смешное имя!
Мимо проплывала каракатица.
- Послушай, - обратился к ней осьминог. - Вот эту рыбку зовут барабулькой! - И он покатился со смеху, указывая щупальцем на поникшую рыбку.
- Ну и что? - спросила строго каракатица. Над её именем тоже смеялись. Поэтому ей стало жаль барабульку.
- Как что? Имя-то какое смешное! До и сама она потешная: маленькая, широколобая, с двумя длинными-предлинными усами. Вот уж действительно барабулька.
- Имя как имя, - сурово сказала каракатица. - Её так назвали. Нормальное имя у нормальной рыбки.
И укоризненно добавила:
- А обижать её нельзя. И смеяться над именем некрасиво. Тебе должно быть стыдно.
Осьминог перестал смеяться. Затих. Ему стало стыдно и он покраснел. Вернее, посинел. Осьминоги от стыда не краснеют. Они синеют. Потому что кровь у них не красная, а темно-голубая.
Барабулька удивленно посмотрела на посиневшего осьминога. А каракатица нисколько не удивилась. Потому что у каракатиц, как и у осьминогов, течет голубая кровь.


НИКОМУ НЕ СЪЕСТЬ ОДЕЯЛА

- Кто-нибудь видел летающее одеяло?
Никто не видел. Одеяла не летают. Разве что в сказках. И то ковры-самолеты.
- А видели одеяло, которое плавает? Тоже нет?
Но есть такое плавающее чудо. И не в сказке, а наяву. Живет оно в океане. Это скат, или манта, что означает «одеяло».
Скат - рыба, хотя нисколько не похож на неё. Он плоский и широкий, как одеяло. Да такое большое, что им можно укрыться с головой. На затылке у него глаза. А сзади длинный, прямой и тонкий хвост.
Скаты бывают разные. Бывают небольшие, пестрые. Называют хвостоколами. У них на хвосте острый ядовитый шип. Он очень крепкий. В древности его использовали для наконечников копий и стрел. Скаты-хвостоколы очень опасны. От их укола человек может умереть.
Обычно хвостоколы любят сновать на мелководье. Там вода теплее. Или зароются в песок. Только глаза наверху, чтобы видеть всё, что происходит вокруг. Хвост с ядовитым шипом тоже наверху. На всякий случай.
А самый большой скат - рогатая манта. У неё рожки по обе стороны головы. За что люди прозвали её морским дьяволом. Это когда её мало знали. А узнали получше, то перестали бояться. Потому что рогатая манта добрая. Можно подплыть и потрогать её рукой. Даже можно взобраться ей на спину и прокатиться верхом. И ничего не будет. А ещё она любит поиграться. Взлетает над волной и громко шлепается обратно в воду.
Но есть скаты, которых боятся все. Почему? Сейчас узнаешь.
Резвились как-то у рифов две подружки-озорницы - две голубые акулы. И вдруг видят: плывет навстречу скат. Они принялись его дразнить:
- Одеяло! Смотрите, одеяло! Одеяло плывет!
А скат и впрямь похож на одеяло. Широкий и плоский, плывет себе своей дорогой. Только края, словно крылья, изгибаются плавно и изящно. На акул - никакого внимания. Хотя ему было очень обидно. А кому не обидно, когда называют одеялом или, например, подушкой.
Озорницы дразнятся, но близко не подплывают. Боятся. Они знают, что это рыба необычная. Она электрическая. Дотронься до неё, а она электрическим током как ударит. Сознание потеряешь. Лучше не трогать.
И акулы боятся этого ската, и барракуды, и все другие морские хищники. Плавает манта-одеяло в океане и знает, что никому на него не напасть. Никому его не съесть. Потому что одеяло это электрическое.


РАК - ПУТЕШЕСТВЕННИК

Недалеко от рифов жили коричневые раки - лангусты. Жили они дружно. Вместе выходили на поиски пищи. И вместе возвращались домой.
Только один из них не хотел жить как все. Это был маленький темно-коричневый рачок. Когда все выходили на охоту, он оставался дома. Когда те уже возвращались, он отправлялся гулять.
Взрослые его поучали:
- Нельзя все время быть одному. Один в море погибнешь.
- Почему погибну? - недоумевал маленький рачок. И опять выходил из дому совсем один.
Однажды он забрел очень далеко. Так далеко, что рифов совсем не было видно. Место незнакомое и рачку стало жутко.
«Пора возвращаться» - подумал он и повернул домой. Глядь, а навстречу огромная страшная рыба - барракуда.
Рачок заметался: куда бы спрятаться? Но поблизости никакого укрытия. Только пустая раковина валялась на дне. Он шмыгнул в раковину и вздохнул с облегчением. Здесь барракуда его не достанет.
Зубастая рыба уплыла. А смекалистый рачок оглядел своё убежище. Пустая раковина оказалась уютным домиком. Жаль такой покидать. Да и страшно оставлять надежное убежище. Вот если бы ползать вместе с ним. Не вылезая, он уперся клешнями в песок. И домик тронулся с места.
Получилось! Он полз по дну и раковина двигалась вместе с ним.
- Теперь мне незачем возвращаться к рифам! - ликовал рак-одиночка. - Мой дом со мной. Отныне он всегда и везде будет со мной!
И он отправился странствовать. Вместе с домиком-раковиной. Рачку часто встречались лангусты. Они уговаривали его остаться и жить с ними. Но он не соглашался.
- А что ты будешь делать, когда вырастешь? Ведь тогда этот дом станет тесным? - спрашивали они.
- Я найду другой, просторный, - весело отвечал им одинокий странник.
- Ну что ж, - говорили лангусты, - живи как хочешь. Живи отшельником.
С тех пор его только так и называли: рак-отшельник. А он и не обижался. Ему это даже нравилось. Он продолжал путешествовать. Очень не любил сидеть на одном месте. И никогда не покидал свой уютный домик. Даже украсил его нежной и яркой актинией.
Актиния - это морское животное, похожее на цветок. Она не может ни плавать, ни ползать. Поэтому рачок осторожно снял её с камня и посадил на свой домик.
Теперь они странствовали вместе. И оба были очень довольны. Актинии надоело жить на плоском камне. Там она жила впроголодь. А рачок перестал бояться своих злейших врагов - осьминогов. Их отпугивали яркие ядовитые щупальца актинии.
Как видите, в море одному скучно. Там никто не хочет жить в одиночку. Даже рак-отшельник.


А ЧЕРЕПАХА БЫСТРЕЕ ВСЕХ

- Я плаваю быстрее всех! - заявил однажды краб.
- С чего ты взял? - спросила черепаха.
- А вот с чего. Я сегодня уже обогнал троих: и морскую звезду, и ракушку, и морского ежа. И тебя обгоню.
- Это ещё посмотреть надо, - не согласилась с ним черепаха.
- Ну что ж, посмотри, посмотри.
И краб энергично заработал всеми десятью ногами. Проплыл по кругу, остановился и сказал:
- А теперь ты.
Хитрая черепаха поглядела, как плавает краб, и заявила:
- Так мы не выясним, кто быстрее. Надо устроить соревнование.
- Чемпионат по плаванию? Это здорово! - воскликнул радостно краб. Он уже мнил себя чемпионом.
А черепаха рассудительно продолжала:
- Но сперва надо найти судью. Не соревнуются без судьи. Только вот кто бы мог им быть?
Оба призадумались. Но ненадолго.
- Вот плывёт осьминог! - воскликнул краб. - Он и будет нашим судьей.
Но осьминог наотрез отказался:
- Судить я не буду. Я хочу плыть с вами наперегонки.
- Тогда может быть она? - указал краб на проплывавшую мимо медузу.
Но та воскликнула:
- И я! И я хочу наперегонки!
Черепаха подумала и сказала:
- Вот кто будет хорошим судьёй. Это омар. Он знает, как проводить соревнования. Поплыли к нему.
Усатый омар выслушал друзей и сразу согласился. Клешней начертил на песчаном дне прямую линию и сказал:
- Это - старт.
- А где финиш? - обеспокоенно спросил осьминог.
- Вон у той подводной скалы.
Осьминог ужаснулся:
- Так далеко? Ни одно моё сердце не выдержит!
- А что, у тебя их разве много? - удивился краб.
- Нет, не много. Всего три, - ответил осьминог. - И все слабые. Поэтому плавать далеко я не могу.
- Тренироваться надо, - упрекнул его краб. А омар сказал:
- Ладно, выберем дистанцию короче. Тогда финишем будет вон тот желтый коралл. Кто первый к нему доплывет, тот и победитель. Согласны?
- Согласны! - хором ответили все.
- На старт! - громко скомандовал усатый судья.
Все расположились у прямой линии.
- Стоп! Стоп! Стоп! - судья протестующе замахал клешнями. - Так не годится!
Все спортсмены уставились на него:
- Почему не годится?
- Так нельзя. Только одна черепаха правильно встала на старт. Вот ты, краб, почему повернулся к финишу боком?
- Потому что прямо плавать я не умею. Я плаваю только боком, - ответил тот.
- Ну и что? - возмутился омар. - Плыви, как хочешь. Но на старте ты должен стоять прямо, лицом к финишу.
Затем судья обратился к осьминогу:
- А для чего ты отвернулся и смотришь назад?
- Для того чтобы плыть вперед, Я плаваю только задом наперед.
Но омар уже распекал медузу:
- Ну а ты почему на старте легла «на бок»?
- Я всегда так делаю, если надо поспешить. Ложусь «на бок»: куполом вперед, щупальцами назад. Так я плыву значительно быстрее, - оправдывалась та.
- Нет! Нет! Нет! Плыви как хочешь. Но на старте ты должна стоять, а не лежать, - возразил усатый омар и возмущенно добавил:
- Какие ж это соревнования, если все будут вести себя не по правилам. Одни повернуться боком и будут глазеть по сторонам. Другие станут к финишу спиной. А третьи улягутся на старте.
- А как по правилам? - спросила рыба-ёж. Она остановилась неподалеку и внимательно за всем наблюдала.
- Надо всем встать лицом вперед, к финишу. И ждать моей команды, - разъяснил суровый судья.
- Тогда и я хочу с вами, - сказала колючая рыба и встала рядом с черепахой.
- На старт! - опять скомандовал омар-судья и сурово оглядел всех спортсменов. Те замерли на линии и, не мигая, смотрели вперед, на желтый коралл.
- Внимание!
Омар поднял клешню вверх. Затем резко её опустил и крикнул:
- Марш!
И все сорвались с места. Только каждый по-своему, со своей исходной позиции. Медуза взметнулась вверх. Иначе она не могла. Краб - в правую сторону. Осьминог - назад. Он тоже не мог иначе.
А вот что случилось с колючей рыбой. Она разволновалась. А от волнения или страха рыба-ёж раздувается и становится круглой, как шар. И плыть тогда не может. Она так и осталась висеть воздушным шариком над стартовой линией.
Только одна черепаха решительно направилась вперед, прямо к желтому кораллу.
Вскоре и другие опомнились. Развернулись и поспешили к финишу. Но было уже поздно. Черепаха первой прошла дистанцию и уже отдыхала у желтого коралла. А суровый судья зафиксировал её победу.
Вот так черепаха оказалась быстрее всех.


ПРО РЫБУ-ПРИСТАВАЛУ

Живет в море-океане назойливая рыба. Она ко всем пристает, ко всем цепляется. Вернее сказать - ко всем прилипает. А для этого у неё на спине есть широкая присоска. Ей-то она и присасывается. Да так крепко - не оторвать. А отлипает тогда, когда захочет. Но плавать сама эта рыба не любит. Всегда спешит пришлепнуться присоской к брюху акулы, ската или кита. Или к днищу корабля. И катается в своё удовольствие.
В тропических морях давно знают эту рыбу-прилипалу. А рыбаки ловят её вот зачем. Привяжут к хвосту верёвку и бросят рыбу обратно в море. Так на поводке она и плавает рядом с лодкой. А увидит черепаху, тут же направляется к ней. И крепко-накрепко присасывается к панцирю. Остается только вытащить обеих на борт лодки. Вот так рыбаки ловят морских черепах. А рыба-приставала им помогает. Не зря её черепахи не любят.
Плавала однажды рыба-прилипала сама по себе. Плавала и скучала. Искала, к кому бы прицепиться. А тут ей на радость - черепаха. Рыба снизу прилипла к ней и спрашивает:
- Куда плывём?
- Куда надо, - недовольно ответила та.
- Не хочешь говорить? И не надо. Мне всё равно куда. Лишь бы не плыть самой, - заявила незваная пассажирка. И капризно добавила:
- Только я хочу быстрее.
- А я не хочу, - буркнула черепаха.
- Не хочешь, или не умеешь? - съязвила прилипала.
А черепаха ничего не ответила. Она резко повернула ко дну и легла на песок. Рыба еле успела отлипнуть и убраться восвояси. Пока черепаха не раздавила её своим весом.
Вот так и в море: любишь кататься - уважай того, кто тебя катает.


ПОЧЕМУ АКУЛА - ЗЛАЯ

Был вечер. Под широким кораллом сидели омар и черепаха. Они тихо беседовали.
Мимо стремительно проплыла акула. Омар посмотрел ей вслед и недовольно проворчал:
- Скоро ночь, а она все носится и носится. А спать когда будет?
- Никогда, - сказала черепаха.
- Как, никогда? - удивился омар.
- А вот так - никогда. Ты хоть раз видел акулу спящей?
- Ни разу.
- И я не видела. И никто не видел, - уверенно сказала черепаха. - Она никогда не спит.
- Почему?
- Потому что боится.
- Боится? - Омар заерзал от возбуждения. - Она же акула! Кого ей бояться?
- Не кого, а чего, - уточнила черепаха. - Она боится утонуть.
- Вот ещё? - не поверил омар. - Акула - рыба. А рыбы спят в воде. И не тонут.
- Так это другие рыбы. Внутри у них плавательный пузырь. А в нем воздух. Он то и не дает утонуть.
- А разве у акулы нет такого пузыря?
- В том то и дело, что нет. Он и не нужен, пока акула плавает. Когда она работает хвостом и плавниками. Даже человек в воде не тонет, пока машет руками и ногами, - объяснила черепаха.
- Но бывает, что люди тонут, - проворчал усатый омар.
- Бывает, если не умеют плавать. А акула умеет. Вот она и плавает всю ночь. Чтобы не утонуть. А ещё она боится задохнуться.
У омара от удивления усы встали торчком:
- Задохнуться? Но у неё ведь жабры! Такие, как у каждой рыбы.
- Такие, да не совсем, - возразила черепаха. - Их надо постоянно омывать потоком свежей воды. Что акула и делает, плавая без остановки.
- А если приляжет отдохнуть?
- Тогда вода застаивается в жабрах. И чтобы омыть их свежей водой, акула срывается с места. Чтобы не задохнуться. Вот так всю жизнь плавает и плавает. Носится и носится. Затихает разве что на пару минут, - закончила черепаха свой рассказ.
А омар подумал и сказал:
- Теперь мне все ясно.
- Что ясно?
- Почему акула такая свирепая, такая злая. Если бы могла остановиться да отдохнуть, да выспаться вволю, то сразу подобрела бы.


КТО БОКОМ, А КТО «НА БОКУ»

Встретил оранжевый краб рыжего морского ежа и спрашивает:
- Скажи, ёжик, как пройти к рифам? Направо или налево?
- Не знаю, - ответил ёж.
- Как не знаешь? - удивился краб. - Здесь живешь и не знаешь, где рифы?
- Где рифы - знаю. Они вон там, - показал ёж самой длинной иголкой.
- Ёжик, я тебя не пойму. То знаешь, то не знаешь.
На что тот обиженно ответил:
- Я знаю, где рифы. Вон в той стороне. Даже ночью могу показать. Но ты же спросил ещё.
- Что ещё? - удивился краб.
- Ты спросил: «Направо это или налево?»
- Да. Ну и что?
- А то, что я не знаю, где «направо», а где «налево».
- Вот как? - ещё больше удивился краб. - Ты не знаешь таких простых вещей?
- Да, не знаю, - грустно ответил колючий ёжик. - А ты сам-то знаешь?
- Конечно. Смотри, у меня две клешни: большая и маленькая. Большая - правая. И всё, что с её стороны - всё справа. А что со стороны малой - всё слева. Это же так просто.
- Просто, когда у тебя всего две клешни. Не перепутаешь. А у меня - иголки. Их вон сколько.
А краб продолжал, оживленно размахивая клешнями:
- Я всегда двигаюсь боком: или вправо, или влево. А ты как?
- И этого я не знаю, - тихо ответил ёж.
- Ладно, - сказал оранжевый краб, - пройдись. А я посмотрю, как ты ходишь, боком или прямо.
Рыжий ёж поёрзал по дну и спросил:
- Ну что, как я хожу?
Краб почесал клешней в затылке и ответил:
- Трудно сказать. Ты одинаков со всех сторон. Вот если бы у тебя были ноги...
- Ноги? - перебил ёж. - Разве по ногам видно, кто как ходит?
- Конечно, - уверенно сказал краб.
- Тогда давай спросим у медузы. У неё вон сколько ног. Как она плавает? Боком или прямо?
Голубая медуза удивилась:
- Как я плаваю? Очень просто: или вверх, или вниз.
- А если понадобиться в сторону? Тогда как? - спросил краб.
- Тогда ложусь на бок и плыву туда, куда надо. Но делаю это редко.
- Выходит, и ты плаваешь боком, - догадался краб.
- Не боком, а «на боку», головой-зонтиком вперед, а ногами назад, - поправила его медуза. А ёж спросил:
- Значит, ты знаешь, где левая сторона, а где правая?
- А зачем мне это знать?
- Чтобы не заблудиться, - пояснил оранжевый краб.
- А я и так не заблужусь, - ответила медуза и гордо уплыла вверх.
Они посмотрели ей вслед, а краб рассудительно сказал:
- И она не знает. Потому что одинаковая как спереди, так и сзади, как слева, так и справа.
- Хотя у неё вон сколько ног, - с завистью отметил рыжий ёжик.
- Это не ноги. Это щупальца.
- И у меня щупальца, - вмешался в разговор проплывавший мимо кальмар.
- Да? - переспросил ёж. - А как ты плаваешь: боком или прямо, в сторону или вперёд?
- Я плаваю назад, - ответил кальмар.
- Назад? - удивился ёж. - А почему назад?
- Потому что мне так удобно. И осьминоги, и каракатицы так плавают.
Их разговор слышала маленькая серебристая рыбка. Она гордо заявила:
- А я люблю летать. И летаю только вперед.
Она энергично заработала плавниками. Затем выпрямилась и взлетела над водой. Все изумлённо посмотрели ей вслед.
А краб рассудительно сказал:
- Да-а. Кто плавает, кто ползает, а кто и летает. Каждый поступает так, как ему удобно. Как ему нравится. И не так уж важно, где левая сторона, а где правая.


ПРО РОЖКИ ДА НОЖКИ

Звезды бывают разные. Бывают маленькие и большие. Маленькие те, что на небе. Днем куда-то прячутся. А ночью искорками сияют на небосклоне.
Бывают и большие звезды, с чайное блюдечко. Или ещё больше. Живут они на дне морей-океанов. Их называют морскими звездами. И без воды они жить не могут.
Так вот, в теплой воде тропического моря жила-была звездочка. Она была пятиконечной. Потому что у неё пять конечностей-рожек.
Хотя может это и не рожки вовсе?
У козлят, например, рожки, чтобы бодаться. А у морской звезды - чтобы передвигаться по дну. Так что трудно сказать, рожки это у неё или ножки.
Но не это важно.
Важно то, что эта морская звезда была очень красивой. Вся такая ярко-красная с желтыми пупырышками по всему телу. Она так и сияла в прозрачной бирюзовой воде.
И была у неё подружка - серая звездочка. Тоже пятиконечная. Но её ножки рожками не назовёшь. Они у неё длинные и гибкие. И ползала она по дну очень ловко. Значительно быстрее своей яркой подружки.
Серая звездочка была некрасивой. Она это знала и очень стеснялась. Оттого все дни проводила под широким кораллом. Там прятались маленькие крабы и пугливые рыбки.
А звезда-красавица никуда не пряталась. Она гордо сияла на видном месте. Хотела, чтобы все ею любовались. Но вскоре это ей надоело. Она решила выбраться на сушу. Ей казалось, что там, на белом пляже, она будет ещё привлекательнее.
- Не вздумай этого делать, - отговаривала её серая подружка. - На сухом песке ты погибнешь.
Но красная звездочка не послушалась. Она подобралась к самому берегу и волна выбросила её на сушу.
Оказавшись на песке, она огляделась. Рядом никого-никого не было. Вдалеке под пальмой играли дети. Но им было не до неё.
Вот из-за песчаной дюны вышел большой серый пеликан. Неуклюже раскачиваясь, он прошагал мимо. И даже не взглянул на красавицу звездочку.
Рядом зашуршал песок. Из норки вылез голубой краб. Его глазки - чёрные бусинки на тонких коротких палочках - равнодушно посмотрели на звездочку. Ничего особенного. Краб отвернулся и боком-боком ушел в воду.
Звездочке стало грустно. Ею никто не залюбовался. Она сникла и потускнела. А солнце так припекало, что на горячем песке от неё могло не остаться ни рожек, ни ножек.
Но начался прилив. Волна подхватила ослабевшую звездочку и унесла в море. Туда, где она привыкла жить и красоваться. Красная звездочка была спасена. Но еще долго она была больной и тусклой. И красоваться на виду у всех ей совсем не хотелось.


КАМБАЛЕ НЕ ПОЗАВИДУЕШЬ

Пока она была маленькой, то ничем не отличалась от других рыбок. Плавала, как все, спиной кверху, брюхом вниз, головой вперед. И глаза как у всех: по обе стороны головы. Один слева, а другой справа. Обыкновенная рыбка. Только совсем мало двигалась. И уж очень любила полежать.
- Давай играть в прятки, - звал её голубой осьминожек.
- Что-то не хочется, - отвечала маленькая рыбка.
- Тогда поплыли к рифам. Погуляем в коралловом саду, - приглашал оранжевый крабик.
- Не могу. Устала очень, - отказывалась она.
Хотя на самом деле рыбка вовсе не устала. Просто ей было лень. Она ложилась на левый бок и затихала. Правым глазом смотрела вверх, а левым - вниз, прямо в песок.
Но в песок смотреть неинтересно. Поэтому и левым глазом она постоянно косила вверх. Оттого со временем этот глаз переместился на правую сторону. А за ним и ноздри, чтобы не дышать в песок. И рот перекосился на ту же сторону. Все оказалось на правой стороне.
А левая сторона стала совсем голой. Зато лежать на ней было очень удобно. Что рыбка охотно и делала. Вот так и росла. А когда стала взрослой, то все удивились. Из обыкновенной маленькой рыбки выросла однобокая рыба камбала. Когда она подымалась со дна, все кричали ей вслед:
- Смотрите! Смотрите! Камбала-лежебока плывет!
Её узнавали сразу. Потому что она и лежала плашмя, и плавала плашмя. Так вели себя только плоские рыбы скаты. Но скаты - нормальные рыбы. Они такими родились. У них, как у всех рыб, брюхо всегда снизу, а спина - сверху.
А у камбалы? Попробуй, разберись, где у неё что. Спина не сверху, а сбоку. И живот сбоку, но уже с другой стороны. А глаза где? Трудно сказать. Оба на правом боку, но вроде бы сверху. А снизу, вернее, на левом боку, ничего нет.
Вот какой уродливой стала камбала. А это все потому, что она очень любила полежать. Любила понежиться на мягком песочке.
Теперь ей не позавидуешь.


КОГО УВАЖАЮТ АКУЛЫ

На поляне кораллового сада было тихо и мирно. Лениво гуляли разноцветные рыбки. У камня дремал красный лангуст. Рядом плавно колыхалась голубая медуза. Желтый краб куда-то пятился боком. Сверху вниз неторопливо плыл зеленый осьминог.
И вдруг:
- Мурена! Спасайтесь! Мурена!
Полянка вмиг опустела. Все попрятались кто куда.
Из-за темной скалы показалась пятнистая мурена. Это такая змееподобная хищная рыба. Рот её похож на клюв и полон острых зубов. Они-то и наводили страх на всех обитателей рифа.
Но что это!
Одна маленькая темно-зелёная рыбка не стала прятаться. Она решительно поплыла навстречу мурене и стала... танцевать. Растопырила плавники и завиляла хвостиком: вверх-вниз, вверх-вниз.
- Это она наверно от страха, - шепнул крабу лангуст. Они вместе укрылись под темным кораллом.
А мурена долго не раздумывала. Она открыла пасть как можно шире.
- Ну всё! Рыбке конец! - ужаснулся краб.
Но зеленая рыбка не испугалась. Она деловито осмотрела страшные челюсти. Потом заглянула мурене глубоко в рот.
- Ой, ой, ой! Что она делает! - Осьминог от страха закрыл глаза.
- Не бойся, мурена её не съест.
Это сказал скат-хвостокол. Он лежал неподалеку, зарывшись в песок.
- Почему не съест? - не поверил лангуст.
- А потому, что эта рыбка особенная. Она работает санитаром.
- Санитаром? - удивился краб. А скат спокойно продолжал:
- Хищникам она чистит зубы. Поедает остатки пищи, застрявшие между зубов. Чистые зубы не болеют. Поэтому санитару рады все зубастые рыбы.
Но вот процедура закончилась. Мурена встряхнулась. Поблагодарив старательную рыбку за хорошую работу, она уплыла.
Все покинули укрытия и обступили рыбку-санитара. Вопросы посыпались со всех сторон:
- Было страшно?
- Нисколечко, - скромно ответила рыбка.
- А танцевала зачем?
- Чтобы мурена меня заметила.
- А ты акулы не забоишься? - Это спросил лангуст. Он не верил маленькой рыбке.
- Не забоюсь, - ответила рыбка-чистильщик. - Правда, с ней работать гораздо труднее.
- Может, страшнее? - насмешливо сказал лангуст.
- Не страшнее, а труднее. Ведь акулу надо обслуживать на ходу. Удержаться на месте она не может.
А зубастая акула легка на помине. Она стремительно выплыла из-за скалы. И все опять разбежались.
На поляне осталась только рыбка-санитар. Она поплыла навстречу акуле и принялась за работу. Но теперь никто не боялся, что рыбка погибнет. Ведь каждому было ясно: кто хорошо работает, того уважают все. Даже такие страшные хищники, как мурены и акулы.


И ЗУБНОМУ ДОКТОРУ СТРАШНО

У большого морского окуня разболелся зуб.
«Надо лечить, - подумал он. - Иначе без зубов останусь».
И поплыл к черепахе. Та мудрая, сто лет прожила. Много знает. И знает, как зубы лечить.
Приплыл к ней и говорит:
- Помоги, черепаха. Зуб разболелся. Да так сильно. Места себе не нахожу.
- Хорошо, помогу, - успокоила его черепаха. - Но прежде скажи, зубы чистишь?
- Чистят, - ответил окунь.
- Что значит «чистят»? - удивилась черепаха-доктор. - Другие может и чистят. А я тебя спрашиваю, чистишь ли ты свои зубы?
- Вот я и отвечаю: мне их чистят.
- Кто?
- Маленькие шустрые рыбки. Всякий раз после еды я широко раскрываю рот и жду. Приплывают рыбки и чистят мне зубы, поедая застрявшие в зубах остатки пищи.
- Вот как? - опять удивилась черепаха. - Ладно, открывай рот. Я посмотрю, что с твоим зубом.
Заглянула она в пасть окуня и видит: один зуб перекошен. Потрогала его, тот и выпал.
- Всё, закрой рот.
Сомкнул окунь челюсти, подвигал ими и обрадовался:
- Не болит! Не болит! Спасибо тебе, мудрая черепаха.
Взмахнул хвостом и поплыл к себе домой.

Мимо проплывала рыба-ёж.
- Посмотри, пожалуйста, и на мои зубы. Не разболелись бы.
- Ладно, - согласилась черепаха, - открой рот.
Открыла рыба-ёж свой маленький ротик.
- Шире открой.
- Не могу ф-фыре, - прошепелявила та с открытым ртом.
- Но я не вижу твоих зубов, - заявила черепаха. - И челюстей не видно.
Рыбка закрыла рот и говорит:
- А у меня их и нет. Вместо них - две широкие и острие, как бритва, пластины. Одна сверху, другая снизу.
- Это у тебя такие зубы? - удивилась черепаха.
- Да, - ответила рыба-ёж.
- Но я же зубной доктор. А как лечить пластины, я не знаю.

Ещё за помощью к морскому доктору обращались кит и осьминог. Осьминогу черепаха сразу сказала, что лечить не будет. Потому что у него нет зубов. Есть только кривой, как у попугая, клюв. Он и болел. А она - не птичий доктор. Уплыл осьминог ни с чем, одной ногой держась за больную щеку.
А вот киту досталось. Он устал держать рот открытым. Пока неторопливый доктор осматривал его. И, оказалось - ждал напрасно. Черепаха не спеша выползла из его необъятного рта и заявила:
- И вас я лечить не буду. У вас длинные и жёсткие пластины. Это не зубы. Это китовые усы. А зубные доктора усов не лечат.

После приползла к зубному доктору большая пестрая ракушка.
- Зубы лечить? - с порога спросила её черепаха. - Тогда открывай рот.
- Сейчас открою, - сказала ракушка и перевернулась на бок.
Глянула черепаха, а там у ракушки рот. Такой большой, больше самой раковины. А зубы крепкие. И блестят перламутром.
- У тебя все в порядке. Закрой рот.
- А я его ещё не открывала. - сказала пестрая ракушка.
- Как не открывала? А это что такое? - удивилась черепаха.
- Это не рот. Это нижняя сторона моей раковины. Наросты на ней похожи на крепкие зубы в широко открытой пасти.
Черепаха внимательно осмотрела раковину.
- И правда, - опять удивилась она, - страшная пасть и зубы вроде как нарисованы. Они не настоящие.
- Ну и пусть не настоящие, - гордо заявила ракушка. - Но и такие они пугают моих врагов.

Вечером приплыла лечиться акула:
- У меня что-то зубы ноют. Не разболелись бы?
- Открой рот, - сказала ей черепаха.
Та распахнула страшные челюсти. Да так широко. Черепаха отшатнулась:
- Закрой! Скорее закрой! Мне всё ясно.
Акула сомкнула пасть, и обеспокоено спросила:
- Что тебе ясно? Я без зубов останусь?
- Не бойся, не останешься. У тебя их очень много. И растут в несколько рядов. Спереди - самые большие зубы. За ними ряд - поменьше. А дальше - совсем крохотные зубки, - пояснила черепаха.
- Но почему же они ноют?
- Потому, что передние зубы износились. Вскоре они выпадут.
- Выпадут? - испугалась зубастая.
- Обязательно. Но тебе бояться нечего, - успокоила её черепаха. - Их место займут зубы следующего ряда. Молодые и крепкие. Так всегда у акул меняются зубы.
Уплыла акула довольная, а черепаха подумала:
«Все боятся зубного доктора. И дети, и взрослые боятся зубы лечить. А тут наоборот. Страшно не пациентам, а самому доктору. Ещё как! Душа в пятки уходит при виде таких страшенных зубов».


ПАЛЬЦЫ-ЩИПАЛЬЦЫ

Считать учатся кто как. Одни - на кубиках. Другие - на карандашах.
- А ты как считаешь? На пальцах? И до десяти? Правильно. Пальцев у тебя десять. Пять на левой руке и пять - на правой. Хорошо, если есть пальцы. А если их нет, как, например, у рыб? Как тогда научиться считать?
- Я научился считать на ногах, - сказал краб своим друзьям. - Считаю до десяти. Потому что у меня десять ног.
- А я считаю до восьми, - заявил осьминог. - У меня восемь ног, вернее, щупалец.
- Значит, ты считаешь не на пальцах и не на ногах. Ты считаешь на щупальцах, - сказала краб.
- И я считаю на щупальцах, - вступила в беседу медуза. - У меня их много...
- А у актинии их ещё больше, - перебил её краб.
Все окружили актинию. Её розовые щупальца густо торчали во все стороны.
- Ого! - восхищенно воскликнул осьминог. - Сколько их у тебя? Наверное, сто?
- Не знаю, - ответила та.
- Не знаешь? - удивился краб - Разве ты их ни разу не считала?
- А зачем?
«Действительно, зачем?» - подумала медуза, но вслух сказала:
- А хочешь, мы их посчитаем?
- Пожалуйста, мне не жалко, - согласилась актиния.
- Я начну первый, - опередил всех осьминог.
И начал считать:
- Раз...
Он ткнул ногой в щупальце актинии и воскликнул:
- Ой! Ой! Больно!
От боли он запрыгал на месте. Все удивленно уставились на осьминога.
- Что с тобой?
- А она щиплется, - пояснил тот.
- Кто щиплется, актиния?
- Да, щиплется своими пальцами-щупальцами. Да так больно.
- Конечно, больно, - сказала актиния, довольная. - Они у меня ядовитые. Для защиты от врагов.
- Так какие же это щупальца? - сказал недовольно осьминог. - Это вовсе не щупальца. Это пальцы-щипальцы.


ЭТО ВОВСЕ НЕ ИГРА

- Давайте играть в прятки, - предложил однажды краб своим друзьям.
- Не интересно, - сказал осьминог.
- Почему не интересно? - не соглашался краб. Ему очень хотелось поиграть в прятки.
- Не хочется, - отозвалась камбала.
- Если водить не хотите, так я буду, - не унимался краб. - Ну давайте сыграем. Хоть разок.
- Разве что разок, - согласился осьминог.
- Тогда води, - сказала камбала.
Краб прикрыл глаза клешнями, теми, что покрупнее, и начал считать:
- Раз, два...
- Хватит! Иди искать, - перебил его осьминог.
- Но я не закончил считать! - возразил краб.
- Не закончил и не надо, - сказала камбала. - Мы уже попрятались.
- Так быстро? - удивился краб.
Открыл глаза, а вокруг никого. Заглянул за коралл - пусто. Забежал за камни - ни души.
Искал краб, искал, найти не может. Тогда и ему стало скучно.
- Ладно, сдаюсь! Выходите!
А друзьям и выходить не надо. Пошевелились и краб сразу их увидел. Они были совсем рядом. Только очень хорошо замаскировались. Камбала - под цвет песка. А осьминог слился с серыми камнями.
- Вот здорово! - восхищенно воскликнул краб. - И у кого это вы так научились?
- У взрослых, - ответил осьминог. - Присмотрись к ним повнимательнее, и ты научишься.
С этого дня маленький крабик не просто гулял. Он внимательно наблюдал за взрослыми крабами. И вот что он увидел.
Одни крабы для маскировки укрываются морскими губками. Другие носят на себе кусочки ракушек, придерживая их задними короткими клешнями. Третьи сажают себе на спину яркие мохнатые актинии. А однажды он встретил краба, который бережно носил на себе небольшой плоский камень. И это вовсе не для игры в прятки со своими друзьями. Это все для того, чтобы спрятаться от хищников. А с ними не играют.


КТО ПРИДУМАЛ УДОЧКУ

- Опять он кого-то зовет, - сказал осьминог камбале, отдыхавшей неподалеку.
- Кто зовет? - спросила та спросонья.
- Вон тот краб, что возле камней. Машет и машет клешней. Зовет кого-то. Не тебя ли?
Рыба посмотрела в сторону камней и сказала:
- Нет, не меня. Этот краб никого не зовет.
- Тогда зачем машет? - удивился осьминог.
- Он всех предупреждает: «Не подходи! Место занято!» - объяснила камбала. - И делает это таким манящим жестом. За что его и назвали манящим крабом.
- Вот он какой? - еще больше удивился осьминог. - Вроде бы зовет, но: «Не подходи!». Обманщик какой-то.
- Он не обманщик. Ты не видел настоящих обманщиков. Они живут по ту сторону рифов.
- Но там же глубоко и сумеречно, - передернул плечами осьминог.
- Да. Настоящие морские обманщики живут в сумерках. Хочешь на них взглянуть? Тогда поплыли.
Вскоре они оказались за рифами. Осьминог, оглядевшись вокруг, сказал:
- И кого тут бояться? Этих маленьких черных рыбок, что ли?
- Осторожно! - предупредила камбала. - Они могут тебя проглотить!
- Меня? Эта мелюзга? - не поверил осьминог. - Я же больше их раза в два!
- Ну и что? Внешний вид их обманчив. Они глотают добычу в два, даже в три раза больше себя.
- И все умещается в их животе?
- Еще как умещается, - пояснила камбала. - Брюхо у них растягивается и становится как мешок. И рот растягивается. Чтобы легче глотать. Не зря их мешкоглотами прозвали.
Осьминогу стало жутко. Он попятился назад, за выступ скалы. Лучше быть подальше от этих маленьких... живоглотов.
- А что там светиться? - спросил он, выглядывая из убежища.
- Это еще одна рыба-обманщица, - ответила камбала. - Видишь, она широко открыла рот?
- Вижу. А во рту шевелится светлячок.
- Это приманка, - объяснила камбала. - Рыбки подплывают и заглядывают в рот. Ведь интересно, что же там светится?
- Понятно, - догадался осьминог, - любопытные рыбки сами плывут в зубастую пасть.
А камбала посмотрела по сторонам и говорит:
- Глянь, вот обманщица еще хитрее.
Осьминог удивленно уставился на странную рыбу. Большая голова, широкий рот. Над верхней губой торчит удочка. А на конце удочки светится приманка.
- Откуда у неё все это? - шепотом спросил он у камбалы.
- Это отросток спинного плавника. Он оттопырился к верхней челюсти и стал удочкой с приманкой, - тихо пояснила та и добавила:
- Не удивляйся, что приманка светится. Здесь, в вечных сумерках многие рыбы излучают свет.
А тем временем рядом остановилась рыбка. Она потянулась к удочке. Рыба-удильщик тихо передвинула приманку к своей пасти. Любопытная рыбка - за ней. И тут все кончилось. Пасть захлопнулась. А добыча оказалась в брюхе рыбы-удильщика.
Осьминог вздрогнул.
- Поплыли отсюда, пока сами не попались на удочку какой-либо хитрой рыбе, - сказал он.
И они отправились к мелководью. По дороге камбала задумчиво сказала:
- Я много видела, много знаю. Но вот чего не знаю, того не знаю. Кто же раньше придумал удочку: люди или рыбы?

АРИФМЕТИКА СНА

- У нас новый сосед, - объявил осьминог. - Он поселился вот в этой пещере.
- Новый сосед? Это хорошо, - сказала черепаха. - И кто же он?
- Какой-то зелёный попугай.
- Не может быть? - возразила черепаха. - Попугаи в воде не живут. Ты что-то напутал.
- И ничего я не напутал, - обиделся осьминог. - Так вчера сказала камбала.
Черепаха осторожно заглянула в пещеру. И хотя был уже вечер, она все разглядела.
- Какой же это попугай? - сказала она. - Это рыба-попугай.
- Не все ли равно? - буркнул недовольно осьминог.
- Конечно, не всё равно. Настоящие попугаи - птицы. Они живут на деревьях, в джунглях. А наша новая соседка - рыба-попугай. Её так назвали за яркую сине-зелёную окраску и крючковатый нос.
Осьминог не утерпел и тоже заглянул в пещеру.
- Да, там рыба, - согласился он. - Но что это с ней? Она укутана чем-то с головы до хвоста.
- Это она приготовилась ко сну. Укрылась одеялом. Без него рыба-попугай уснуть не может.
- Без одеяла? - удивился осьминог. - А откуда оно у неё?
- Из слизи, похожей на желе. Её рыба выделяет при наступлении сумерек.
- Интересно, - продолжал удивляться осьминог. - Вот так и спит всю ночь, укрывшись с головой?
- Да, так и спит. И сбрасывает одеяло только утром.
- Я бы не смог спать, укрывшись, - сказал осьминог.
- Это почему же?
- Потому, что во время сна мои ноги должны быть свободными. А две ноги никогда не спят. Они сторожат меня.
- Как сторожат? - Это уже удивилась черепаха.
- А вот так. Они всю ночь извиваются в разные стороны. Или кружат над головой. А если кто окажется рядом, ноги сразу его нащупают. И я моментально проснусь, - закончил осьминог свои объяснения.
- Странный у тебя сон, - сказала черепаха. - Ты спишь и вроде бы не спишь. Наполовину.
- Нет, не на половину, - возразил осьминог. - Наполовину спят дельфины. Потому что мозг у них такой. Когда дельфин засыпает, то у него спит только одна половина мозга. Вторая бодрствует. А я сплю на четверть.
- Почему на четверть?
- Потому что из восьми ног у меня не спят только две.
- Ну, это уже арифметика. Я в ней не разбираюсь, - сказала черепаха и сладко зевнула.
- А что в ней разбираться-то? Я сейчас всё объясню, - начал было осьминог.
Но усталая черепаха его перебила:
- Не надо. Не объясняй. Я знаю только одну арифметику сна. Она очень проста: улегся поудобней, закрыл глаза и всё. И спи.
atauey
Новичок
Новичок
 
Сообщения: 3
Зарегистрирован: Вс мар 04, 2012 9:37 am

Re: Почему акула - злая

Сообщение mmai » Ср июл 18, 2012 9:31 am

Очень интересные сказки. Они познавательны, но при этом не теряют занимательности. А кое-где и ненавязчивая мораль присутствует. К тому же написано на высоком уровне.
Cogito ergo sum
http://www.monvizh.narod.ru
http://mm-ai.livejournal.com/
Аватара пользователя
mmai
Модератор
Модератор
 
Сообщения: 3959
Зарегистрирован: Чт май 17, 2007 12:53 pm
Откуда: Москва


Вернуться в Наши сказки

Кто сейчас на конференции

Зарегистрированные пользователи: Yahoo [Bot], Yandex [Bot]

cron